Уважаемые зрители!

Хабаровский краевой театр драмы предлагает воспользоваться услугой «Подарочный сертификат». Это отличное решение вечного вопроса «Что подарить»? Подарите близкому человеку радость посещения театра, сохранив при этом возможность выбора спектакля, даты, времени по его усмотрению.

Подарочный сертификат — своеобразный «билет с открытой датой» в мир театра, мечты и праздника! Если Вы не знаете, что подарить своим любимым, близким и родным, то подарочный сертификат «Вечер в театре» станет прекрасным подарком к любому праздничному поводу.

В продаже имеются подарочные сертификаты «ВЕЧЕР В ТЕАТРЕ» номиналом: 500, 1000 и 2000 рублей.

Приобрести подарочные сертификаты вы можете в кассе театра.
Телефон для справок: 30-68-25

Правила приобретения и использования сертификатов.

07 ноября 2018

ВИКТОР ВЕБЕР ОТКРЫЛ ХАБАРОВЧАНАМ ДОНА НИГРО

В Хабаровском краевом театре драмы впервые за много лет был поставлен детектив под названием «Замок Рейвенскрофт». Зрители давно привыкли, что главными «виновниками» на премьере обычно считаются артисты, режиссер, художник-постановщик и другие причастные к спектаклю люди. Но на этот раз внушительная порция аплодисментов досталась переводчику пьесы Виктору Веберу из Москвы, который специально приехал в Хабаровск (впервые, кстати), чтобы посмотреть постановку.

Действительно, именно Вебер открыл для нас известного в мире и почти неизвестного до недавнего времени в России американского драматурга Дона Нигро, который написал массу пьес, в том числе «Рейвенскрофт». Виктор Анатольевич перевел уже около его 80 пьес. И это, судя по всему, не предел.

- В 2014 году, после того как я перевел один английский роман и почувствовал отвращение к прозе, решил переводить пьесы, - рассказывает Вебер. - Встал вопрос о том, где их брать. Авторы, которые «идут» на Бродвее, наверняка уже с кем-то работают… И я применил «инженерный подход»: в одной из профессиональных социальных сетей набрал в поиске playwright (драматург) и получил список фамилий. Дон Нигро был в первом десятке. Я написал драматургам о том, что я переводчик и хочу переводить пьесы. Дон Нигро откликнулся одним из первых.

Когда я начал читать его первую пьесу, изумился, настолько это хорошая, качественная литература! Дон Нигро обожает Россию, по его словам, он еще в школе влюбился в русскую культуру — музыку и литературу. Он написал пьесы про Пушкина, Толстого, Гоголя, Чехова, Мандельштама и других поэтов Серебряного века. В Америке никто не знает Мандельштама, а Нигро пишет на английском пьесу о нем, причем мощную пьесу. И до сих пор ни один российский переводчик на него не посмотрел, словно высшие силы приберегали его для меня…
Кстати, «Замок Рейвенскрофт» на русский язык был переведен только летом прошлого года. Первая премьера детектива прошла в декабре в Костроме, и с тех пор практически каждый месяц кто-нибудь из режиссеров обращается к этой пьесе. Хабаровская постановка стала одиннадцатой по счету. Значит, материал действительно востребован.

- Стержень пьесы — детективное расследование, а такие вещи публике обычно нравятся, - считает Виктор Анатольевич. - Это самый настоящий детектив, главный герой ведет дело, связанное то ли с убийством, то ли с несчастным случаем, и доводит его до конца. Между тем расследование в такой красивой обертке. Ведь все вертится вокруг пяти совершенно разных женщин: каждая из них со своими стремлениями, желаниями, проблемами. И это очень интересно.

- Наверняка, вы уже смотрели «Рейвенскрофт» в других театрах. Чем, на ваш взгляд, особенность постановки в Хабаровске?

- Английский особняк на сцене исчез. Зато появилась лестница. Лестница в этой пьесе — символ, а символы вроде бы должны видеться смутно или не видеться совсем, но питерские режиссер Михаил Лебедев и художник Наталья Чернова придерживались иного мнения и точно знали, что делали. Особняк появился очень быстро, с помощью цвета, света, тени, музыки. Оказалось, что десять ступеней и пять стульев вмещают в себя все. А в остальном сюрпризов не было. Как всегда: блистали пять жар-птиц: Татьяна Малыгина, Валентина Любичева, Лидия Любимова, Рената Хазиахметова, Светлана Царик, мужественно продирался к правде инспектор Раффинг, он же Максим Кушников. Поздравляю театр (и себя) со стильной, современной постановкой, в очередной раз показавшей, что в своем творчестве Дон Нигро предоставляет режиссерам возможность творить, раскрывая текст все с новых и новых сторон.

- Виктор Анатольевич, слышал, что вы, коренной москвич, родились в семье потомственных инженеров. Откуда такая тяга к переводам?

- Признаюсь, в школе я иностранными языками совершенно не интересовался. Английский выучил уже будучи студентом Московского авиационного института. Стал читать иностранные книги, обожал фантастику. Увлекся до такой степени, что захотелось поделиться прочитанным с друзьями. С тех пор перевожу. Поначалу это было что-то вроде хобби. Затем стал печататься. Свой первый рассказ опубликовал в 1980 году в журнале «Юный техник». Как сейчас помню баснословный по тем меркам гонорар — 157 рублей за 17 страниц. Если кто помнит, молодой специалист с инженерным дипломом получал тогда в месяц порядка 120 рублей. Поначалу публиковался в основном в журналах. А потом грянула перестройка, стало больше появляться переводной литературы, начался книжный бум…

- Тем не менее вы, так сказать, «штатным» переводчиком стали далеко не сразу…

- Я трудился на закрытом предприятии, являлся сотрудником конструкторского бюро, инженером жидкостных ракетных двигателей. Работа была творческая, на моем счету более 70 изобретений. Начинаешь все с чистого листа, а потом… Это, скажу вам, так же интересно, как тексты переводить. Естественно, пока работал, переводами занимался только в свободное время. А потом разошелся (улыбается). Кого я только ни переводил: Чейз, Грегори Макдональд, Хемингуэй, Дженнифер Уайнер… Самыми же моими любимыми писателями стали Стивен Кинг и Алан Милн.
Какие переводы мне ближе? Если это интересно, то жанр не имеет значения. А если книга скучная, то тут уже ничего не поделаешь. И еще такой парадокс: ужастики я не люблю, а Кинга обожаю. Хотя он работает именно в этой в области. Но он, считаю, этот жанр поднял на недосягаемую высоту. Стивен пишет с 1974 года, а рядом как никого не было, так и нет.

- Виктор Анатольевич, а вы лично общались с кем-нибудь из писателей, которых переводили?

- Было дело. В начале века ездил в Америку и повидал несколько авторов своих: Майка Резника, Лоуренса Уотт-Эванса, Грегори Макдональда… Позже Лоренс Блок в Москву приезжал, и мы с ним в мавзолей ходили. Но такие общения не часты, далеко ведь живем друг от друга: они пишут — мы переводим. Больше общаемся по Интернету. Кстати, заметил, что американская интеллигенция ужасно не любит Трампа. Для них это как красная тряпка для быка. Так что в письмах лучше не упоминать имя нынешнего президента США.

- Переводить не надоело?

- Что вы — это такой кайф! От своей работы получаю истинное удовольствие. У меня даже хобби нет. Потому что хобби — это и есть моя работа. Следую девизу: ни дня без строчки. Так что у меня нет выходных. Это, конечно, не значит, что я занят с раннего утра до позднего вечера. Но страниц по восемь стараюсь переводить каждый день.

ИсточникТихоокеанская звезда

Наверх